Пленённая  - Эрика Адамс

– Видимо, Тиро потрудился над тобой недостаточно хорошо, если ты частично лишился слуха, – цыкнул Верховный, – мы должны показать, что сильны и всё идёт по плану. Сегодня же вечером. Соберутся все представители кланов…

– Это лишнее, Верховный.

– Лишнее – это ерунда, что несёт твой рот. Я списываю всё на яд, разъедающий тебе мозг. И только поэтому не приструню как следует. Ступай. Чем быстрее мы с этим разберёмся, тем будет лучше для всех нас. И для тебя в первую очередь. В следующий раз ты будешь знать, что не стоит опрометчиво раскидываться клятвами.

Нетерпение сжигало нутро. Во что бы то ни стало увидеть Артемию и убедиться: с ней всё в порядке. Нижний город… Он даже боялся думать, что там могут с ней сотворить…

Ризван усмехнулся, глядя на него. Так, словно знал что-то, но не собирался делиться этим с приятелем. Старый друг был прав, говоря, что Тиро постарался как следует, заплатив за это своей жизнью. Инсар чувствовал себя значительно лучше, словно Тиро удалось отсрочить неминуемое. Внутренний голос хмыкнул: разум немного очистился, и над всеми обидами, разочарованием и злобой на самого себя возобладало желание защитить девчонку. Убрать как можно дальше от себя, делающего только хуже с каждой встречей. Когда уничтожить не поднималась рука, но растравливать понемногу получалось очень хорошо. Даже слишком.

… Душный чад зала и множественные голоса выкачивали силы и туманили рассудок. Инсар поднялся, отрицательно мотнул головой на вопросительный взгляд Ризвана. Нет, ещё рано. Немного позднее. Сейчас нужно только освежить голову и липкие мысли. Паучиха сидела поодаль, скромная, как никогда ранее, и поглядывала на него с нескрываемым обожанием, словно на её глазах совершилось чудо. От приторного взгляда выпнуть ткачиху и послать Верховного хотелось особенно сильно.

Инсар прошёл мимо стражи, выбравшись на улицы города. Чистильщики рьяно рыскали по кварталу в первые часы ночи, сейчас их стало меньше, но всё равно было гораздо больше чем обычно. Ноги сами прихотливо направляли его движение. Вдруг – едва заметное движение впереди. В тени домов осторожно кралась тень. Очертания тонкой фигурки были знакомы до боли: пальцы помнили каждый изгиб желанного тела. Наглая и самоуверенная настолько, что не только прижилась даже в городе крыс, но и осмелилась высунуть нос на поверхность.

Он двинулся вперёд. Тело послушно несло его навстречу к ней. Перехватил за углом, опередив в лабиринте улочек. От неожиданности она дёрнулась назад и застыла, вглядываясь в него.

– Поздравляю с выздоровлением, Инсар. В честь будущего Верховного закатили пирушку?

– И, судя по всему, ты хотела бы на ней присутствовать?

Артемия рассмеялась.

– Да, но только не в роли прислужницы. Хотела бы присутствовать в качестве дорогого гостя. Жаль только, что Верхние не якшаются с «крысёнышами». Боитесь запачкаться?

– К чему ядовитый тон, Артемия?

– Ядовитый, да. Под стать моему нутру. Ты же считаешь именно так. Теперь я соответствую всем твоим представлениям обо мне. Скажи, ты рад?..

Инсар двинулся вперёд.

– Не приближайся, Молчун. Стой там, где стоишь.

– Кличка? С каких пор ты стала перенимать жаргон и употреблять клички?

– С тех самых пор, как решила, что ты недостоин своего имени. А прозвище подходящее, ловко схватили суть. Вернёмся к пиру. Я, как хороший гость, пришла не с пустыми руками.

Артемия схватила тряпичный мешок, болтавшийся на поясе, и швырнула, его к ногам Инсара.

– Что это?

– А ты открой и посмотри. Сейчас же.

Проклиная всё на свете, Инсар нагнулся и развязал тесьму: в мешке было две распотрошённые тушки крыс, связанных хвостами. Одна большая, вторая – чуть меньше.

– Угощение от всех жителей Нижнего города. Сегодня я такая любезная, что даже избавила их от шкур и кишок. Тебе остаётся только рвать это мясо зубами, Молчун. Попробуй, тебе понравится.

Инсар отбросил в сторону мешок и взглянул на Артемию. Её глаза полыхали в темноте, на впалых щеках расцвёл лихорадочный румянец. Инсар, наплевав на предостережение, метнулся вперёд, обхватив талию руками. Артемия всегда была миниатюрной, а сейчас и подавно – под просторной рубахой на талии можно было спокойно сомкнуть пальцы и пробежаться по выступающим рёбрам.

– Я попросила тебя не приближаться ко мне.

Артемия упёрлась острыми кулачками в его грудь. И, странное дело, браслеты на её запястьях ожили, превратившись в юрких змеек, насторожённо приподнявших головы и разинувших свои пасти.

– Убери свои руки, Молчун. Ты не умер от яда в прошлый раз. Но следующая попытка может оказаться вполне удачной. В особенности когда Тиро нет рядом.

Инсар медленно разжал пальцы, но не убрал ладони с талии, предоставив ей свободу выбрать самой. Артемия вывернулась, скользнув прочь. Во рту разлилась горечь.

– Так противно находиться рядом со мной?

– Противно, да. До омерзения. Жаль только твоего пса. Он в сотни раз лучше своего хозяина.

– Всё-таки это была ты?

Артемия рассмеялась, проигнорировав вопрос.

– Я хотел вывести тебя из Амджада. Но теперь вижу, что ты и здесь неплохо устроилась.

– Как благородно с твоей стороны! После всего просто вывести из Амджада. Засунь в глотку своё благородство. Отличная приправа к крысиному мясу, попробуй.

Артемия отступала, не поворачиваясь спиной к нему.

– Стой.

– И не подумаю, Молчун. Возвращайся на пирушку. Хлещи вино, разомни как следует рыжую потаскуху, наслаждайся жизнью…

– Тебе лучше переждать несколько мгновений здесь. Сейчас по соседней улице пройдут Чистильщики. Слышишь?

Артемия остановилась и прислушалась. Навряд ли она могла услышать еле различимые шаги «чистильщиков». Они ревностно принялись за служение после выволочки Верховного и теперь почти ничем не выдавали своё присутствие. Большая удача, что девчонка не попалась им по пути сюда.

Артемия кивнула и спряталась в тени выступа стены, ожидая, пока за углом на соседней улице пройдут двое чистильщиков. Артемия напряжённо всматривалась в лицо Инсара. Несколько долгих мгновений они не отрывали друг от друга взгляда, а потом она осторожно высунула нос из-за угла и поспешила прочь.

У ворот Инсар столкнулся с Ризваном, прогуливающимся вдоль забора.

– Когда? – нетерпеливо бросил он.

– Теперь уже никогда.

Инсар бросил Ризвану мешок с крысами. Тот развязал тесьму и выругался.

– А я тебя предупреждал. Теперь уже поздно.